Наташа поняла, что соврать не посмеет и не сумеет, и выдавила.

- У меня ещё никого не было...

- Та-ак! Случай клинический.

Наташа сбивчиво стала оправдываться.

- Я боюсь, ведь всякое может случиться. И мама говорит, что если не девушка, то жених, то есть муж, может запросто бросить и ещё ославить, и вообще... И потом, все будут пользоваться и бросать, пользоваться и бросать... И ещё аборты. Мама меня предупредила обо всем, потому я и сама не хочу.

Марина смотрела на тоненький пробор в светлых длинных волнис - тых волосах, на опущенные темные густые, как щеточка, ресницы, наманикюренные пальчики, теребящие красненький шелковый шарфик,и думала.

... Да, эта самая мама абсолютно права. Поматросят и бросят,особенно такую пичугу, хорошо еще, если не влипнет! А потом пойдет череда мужиков, провались они! А там и слава, которая бежит, скачет, летит уже впереди тебя. И отказывать становится нелепо. И жениться никто из них не собирается. А зачем? Когда можно и так.

- Боишься. Ну бойся, на здоровье, всю жизнь. Сиди под подолом у мамочки. Волков бояться - в лес не ходить. Чего ж ты тогда бежала, как настеганная, в кафе? Чего выпиваешь? Боишься, а выпиваешь. Боишься, а с Шуриком знакомишься и телефончик даешь с ходу, а? Если уж бояться, как мама велит, тогда и Шурика побоку: никаких встреч, никаких бесед. А вдруг он тебя?.. Ну, ладно, не трясись.Только я логики не вижу. Или - одно, или другое. А жизнь, милая моя, это лес, как ни крути, люди - волки. Надо только овцой не быть и тогда все - хоккей. Ну, запрешься ты на все засовы, загородишься от мира, состаришься, и что?

Ты прости, но твоя мама маленько чокнутая. Теперь стыдно замуж девушкой выходить. Смотри сюда: ты выходишь замуж. Ты девушка. А он оказывается импотент или хуже - голубой, или развратник-садист? Как тогда? Что тебе скажет мама? (Наташа сидела, как пришибленная. Сейчас она думала, что права Марина. А когда говорила мама, она думала, что права мама... Она потянулась за сигаретой...