Акбар кивнул и, взяв ее руки, любовно их сжал.

- Я мудро поступил, когда отдал Ясаман тебе, Ругайя. Помню, как Кандра пожаловалась мне, что Шайкхо Баба ревнует ее ко мне, потому что хотел ее сам. А когда родилась Ясаман, он даже предположил, что она не моя дочь, а ребенок какого-то португальца, который первым взял Кандру для собственных удовольствий. Тогда он был зол и разочарован, но сегодня обожает маленькую сестренку.

- Глядя на Ясаман, никто не усомнится, что это твой ребенок, мой господин, - сказала Ругайя Бегум. - Крошечная родинка над верхней губой у левой ноздри копия твоей, разве что меньше, и хотя она - не вылитая ты, ее взгляд такой же царственный, особенно когда ей перечат. - Она рассмеялась. - Она просто устрашает слуг этим взглядом.

- Да, - согласился Акбар, - я заметил. Ее пронзительный взгляд выдает ее татарское происхождение - Он пристально взглянул в глаза жены. - Ты хорошая мать, Ругайя Бегум. Ясаман повезло, что ты любишь ее и заботишься о ней.

- Она часть моей души, господин. Я каждый день благодарю Всевышнего, что ты доверил мне ее воспитание.

- В эту ночь мне хочется отдохнуть, Ругайя, - сказал Акбар. - Разреши мне остаться в твоей постели.

- А разве тебе недостает твоих хорошеньких женщин? - тепло подсмеивалась жена.

- Иногда старый друг - лучший друг, - улыбнулся он, касаясь кончиками пальцев ее щеки.

- Ты имеешь в виду старых жен? - подшучивала Ругайя.

- Нет, - тихо ответил он. - Ты мой друг, Ругайя Бегум. У меня тридцать девять жен, из которых ты - первая. Но настоящих друзей, на которых я могу положиться, совсем немного. Ты - одна из них.