- Я еще не готова, - повторила Жасмин. Скай похлопала ее по руке:

- Я расспрошу Тома Ашбурна о его кузене. Странно, что у него нет жены. А какого он возраста? Они наверняка друзья с Томом, - рассуждала госпожа де Мариско.

- Он на пять лет младше графа и с шестилетнего возраста воспитывался вместе с ним, - поведала внучка. - Его отец - брат матери маркиза, родители которого рано умерли.

- Хм, - размышляла Скай. - Том на год старше Патрика. Теперь ему тридцать восемь. Тогда маркизу Вестлею - тридцать три. Хороший возраст для мужчины. Скай обняла внучку. - Иди, пожелай маме доброго майского утра. Сибилла уже давно у нее. Пора ей привыкать к мысли, что у нее есть сестра.

Госпожа де Мариско вышла из покоев Жасмин, отправилась по лестнице в зал, где нашла мужа, увлеченного беседой с маркизом Вестлеем. Вполне довольный Том Ашбурн дремал у огня, Скай ткнула его пальцем:

- Просыпайся, негодник! Мне нужно поговорить с тобой. Его серые с поволокой глаза открылись и нехотя взглянули на нее. Потом он потянулся всем своим большим телом:

- Здесь?

- Нет, в саду, где нас не смогут подслушать, - сказала она и оперлась на предложенную им руку.

Когда они достаточно далеко отошли от дома, Скай попросила:

- Расскажи мне о Вестлее. Он делает авансы по отношению к Жасмин. Каковы его обстоятельства? Он что, охотник за приданым?

- Боже, мадам, нет! - с горячностью ответил граф Кемпе.

- Я слышала, твоя мать с его отцом были родственниками.

- Да. Рован рано осиротел. Пока ему не исполнился двадцать один год, мой отец был его опекуном.

- Ни ты, ни твой кузен не женаты. Про тебя я знаю. А что с ним?

- Родители относились к Ровану, как к собственным детям, - начал граф. - И к совершеннолетию он был таким же, как все молодые люди в его возрасте, стремился сбросить с себя родительские узы, которые, ему казалось, его связывали. Отец не подыскал ему пары: как и вы, мадам, он был большим романтиком. На матери он женился по любви и желал того же своим детям.