– Глупости, – фыркнула Капитолина. – А сзади нас – целый автобус. Скажем, что виноват он.

– Никто не пострадал?! – закричал Бессонов, открывая дверцу «шестерки» с водительской стороны.

– Ах, – прошептала Оля, – он еще и заботливый…

– Это вы? – удивился Леонид Аркадьевич. – Как это получилось? – показал он на бампер своего авто.

– Случайно, – прошептала Пирогова, теряя сознание от ужаса.

– Девушка, – испугался Бессонов, схватив ее за руку, – вам плохо?

– Конечно, ей плохо! – закричала Капитолина. – Еще бы, после того как вы в нас въехали, ей было бы хорошо? Да я сама чуть не умерла от страха! Стоим-стоим на светофоре – и вдруг бах! С чего это вам приспичило сдавать назад?!

– Я сдавал назад? – растерялся Бессонов, продолжая держать руку млевшей от счастья Пироговой.

– Ну, не я же! – вытаращилась на него Капитолина.

– Ну да, ну да, – согласился тот, – не могу с вами спорить, вы же не за рулем.

– Да, – заявила Капитолина, – за рулем моя подруга. А она знаете кто?

– Кто?! – поинтересовался Бессонов, вглядываясь в довольное лицо готовой упасть в его объятия девицы, по всей видимости, потерявшей сознание от удара.

– Она чемпион Европы по автогонкам! В женском чемпионате.

– Что вы говорите? – не поверил собеседник. – Хотя по виду вашей машины можно предположить, что ее не раз били.

– Так что разойдемся по-хорошему! – Капитолина вырвала руку подруги у Бессонова и встряхнула Олю за плечи. – Сто долларов за моральный ущерб! Ей придется покупать успокоительное.

– Хорошо, хорошо, – согласился Бессонов и полез в карман за бумажником.

– Нет! – закричала очухавшаяся Оля, которой было стыдно брать деньги с ни в чем не повинного человека. Они и так уже отхватили у него миллион!

– Хорошо, двести, – согласился Бессонов и протянул купюры Капитолине. – Но если бы я не спешил…

– Мы тоже здесь не отдыхаем, – пробурчала Капа, засовывая купюры в сумочку. – Давай, милая, – толкнула она подругу в бок, – гони в аптеку!