– Абсолютно.

Дженна легко улыбнулась.

– Потому что ты и в бизнесе привык блефовать?

Потому что с того момента, как я тебя увидел, только и мечтаю о том, чтобы заключить тебя в объятия и зацеловать до потери чувств.

Словно, прочитав его мысли, Дженна смущенно потупилась и залилась краской.

– Нам следует продемонстрировать всем, что мы влюблены.

Дженна смерила его изучающим взглядом:

– В чем же твой интерес?

– В помощи старому другу.

– Это не то, что я хочу услышать.

– Это все, что я могу сказать…

– Единственное, что готов сказать. Прости мой скептицизм по отношению к тебе.

– А ради чего еще, по-твоему, мне это делать?

Дженна слегка прищурила глаза и наклонила голову набок.

– Ты же не ждешь, что мы… Не думаешь, что… – Ее слова вспенили его кровь.

– Ты хочешь спросить, должны ли мы… обниматься и целоваться? Заниматься любовью?

Гейдж прошелся по комнате и встал напротив Дженны, так близко, что она ощущала его дыхание.

– Нам придется показать людям, что мы вместе. К тому же мы с тобой так хорошо подходим друг другу, ты это знаешь и помнишь. Но не бойся, я не стану пользоваться ситуацией.

Он хотел ее. И надеялся, что и она тоже. Но если это и должно было произойти, то не потому, что ей одиноко и горько, не из благодарности, а именно по взаимной страсти и необходимости утолить сексуальный голод по отношению друг к другу. Один или два раза – это безопасный предел.

– Ты не простой человек, Гейдж Камерон.

– Меня легко раскусить. Обычно люди во мне не ошибаются.

Гейдж непринужденно улыбнулся, воображая, как проведет ладонью по ее спине, по волосам, как прильнет к ее губам. Она взволнованная и испуганная, сгорает от страсти…

Он прикусил губу, не давая фантазии зайти далеко.

Пора уходить.

– Я поработаю над этим вопросом завтра, – сказал он. – Заеду за тобой в десять.