Такси свернуло за угол.

— Я выхожу, — с облегчением вздохнула Мэг. — Не поняла ни слова, и полагаю, вы слишком нахальны. Спасибо, что подвезли. Надеюсь, вы встретите девушку, которая достаточно поймет, чтобы сегодня с вами пообедать.

— О, мне предстоит обедать с мамой, — обреченно вздохнул Саймон. — Ей очень нравится меня воспитывать — она всерьез считает, что женщины меня не любят.

— И не зря, — парировала Мэг.

Саймон ухмыльнулся.

— Все равно я вас найду. Хотите пари? Но даже жаль, что у вас такой ангельский облик. Красота может быть очень опасной, вы знаете?

И хотя голос его звучал насмешливо, глаза Саймона оставались серьезными.

Дерек в тот вечер все же позвонил. Сердце Мэг радостно забилось, но она притворилась равнодушной.

— Привет, милая! Я слышал, ты имела большой успех.

— У того странного коротышки — иностранца, который пишет плохие акварели?

— Нет, у самого хозяина.

Странное возбуждение охватило Мэг, но к нему примешивалась тревога. Неужели Саймон прав?

— Дерек, не говори глупостей. Я ему даже не понравилась. И совершила ужасную ошибку, бестактно став распрашивать о жене. Он понял, что я пришла только из любопытства.

— Напомнила ему о времени, когда его жена бегала босиком?

— Его жена — совсем другая женщина, но, как ни странно, тоже итальянка. Это довольно загадочно, только вряд ли я когда-нибудь найду разгадку.

— У тебя будут все шансы, милая. Он попросил твой телефон.

— Клайв Уилтон?

— Ты меня больше не любишь?

— А это здесь причем?

— В твоем голосе звучало странное волнение.

— Удивление, — холодно поправила Мэг. — Может быть, даже интерес. Если Клайв Уилтон хочет меня видеть, это неспроста.

— Милая, неужели ты никогда не видела себя в зеркале? И разве я не говорил, что ты первая красавица Лондона?

Дерек уже давно не говорил ей комплиментов, так что хоть что-то хорошее Клайв Уилтон для неё сделал.