— Я снова спрашиваю вас, Фремон, сколько вы хотите за эту девушку? — холодно перебил их Шарль Левен. Жестокость, звучавшая в его голосе, поразила Жан-Пьера.

— Вы не получите ее, Шарль, — поспешно перебил его Этьен. — Я хочу купить ее для себя. Я научу ее, как надо себя вести, дам ей парочку уроков, положу через колено и всыплю ей по маленькой попке…

— Забудьте об этом, Бруссар, — спокойно перебил его Левен. — Вы же знаете, я перебью цену. — И с ухмылкой добавил: — И кроме того, совершенно ясно, что девчонке нужна рука покрепче вашей. Такое своенравие может быть подавлено только одним способом, скажем так, жестокостью. Вот почему я настаиваю, чтобы девушка оказалась моей собственностью…

Жан-Пьер вскочил на ноги.

— Не могу поверить своим ушам! Господа, мы же говорим не о какой-нибудь там шлюхе с Бэйсн-стрит! — Повернувшись к Левену, он со злостью спросил: — Вы на самом деле собираетесь купить девушку, Шарль?

— Не исключаю возможности договориться об этом.

— И ее тело потом выловят из канала, как других ваших любовниц?

Тут Левен тоже вскочил с искаженным от гнева лицом.

— Я вызову вас на дуэль за эту наглую ложь, Делакруа!

— Господа, господа, сядьте! — почти закричал Жиль Фремон. — Я не хочу, чтобы сегодня вечером в моем доме кого-то вызывали на дуэль.

Мужчины сели на свои места, не спуская друг с друга глаз.

— Знаете, я подумай, что мне было бы очень трудно обеспечить Анжелике такую жизнь, которую она заслуживает. — Жиль не пытался скрыть своего удовлетворения тем, что произошло. — Может быть, было бы лучше, если бы один из вас, господа, изъявил желание стать ее… покровителем.

— Станет тот, кто выложит вам на стол больше денег? — сердито заметил Жан-Пьер. — Где ваша совесть, Фремон?

— А что это вас так обуяла нравственность, Делакруа? — усмехнулся Жиль. — У вас-то было много любовниц.

— Верно. Но ваша племянница — невинная девушка, а не дама полусвета. Мы не имеем права так играть ее жизнью.