Ее голос был приятными и мелодичным. Жан-Пьер улыбнулся ей и взял с подноса маленький пирожок с устрицами.

— Благодарю вас, мадемуазель.

— Эй, Фремон! — Шарль Левен повернулся к хозяину дома. — Почему бы вам не представить нас этой красивой барышне?

Жиль пожал плечами.

— Господа, это моя племянница, Анжелика, — небрежно сказал он. А потом, заметив угрожающий взгляд Левена, добавил: — Анжелика, познакомься: это господин Левен, это господин Делакруа, а это господин Бруссар.

— Приятно познакомиться с вами, господа, — скромно ответила Анжелика.

Повернувшись к Жилю, она тихо спросила:

— Дядя, можно мне теперь уйти?

— Ну, хорошо, ступай, — грубовато ответил Жиль.

Она поставила поднос на стол.

— А где бутылка виски? — с недовольством в голосе спросил Жиль.

— Я послала за ней в подвал Коко, — ответила Анжелика, чуть приподняв подбородок. — Сейчас принесу.

Жиль фыркнул, когда племянница выходила из комнаты. Он следил выпученными глазами за ее удаляющейся фигурой, а потом повернулся к столу и засунул себе в рот банановый блинчик.

— А у вас хорошенькая племянница, Жиль, — усмехнулся Левен.

Жиль тоже усмехнулся, обнажив гнилые зубы, и кусок бананового блинчика повис у него на толстой губе.

— Как я и говорил вам, Шарль, есть на что посмотреть, верно?

Левен не спеша раскурил тонкую сигару, глубоко затянулся и лениво выпустил дым. Сузив глаза, он устремил на Жиля хищный взгляд:

— Сколько вы хотите за девочку, Фремон?

Пока Жиль чмокал и отмахивался от банкира, Жан-Пьер ощутил острое чувство тревоги. Левен был необычайно богат, а, судя по слухам, дела Жиля Фремона в последнее время были хуже некуда из-за его пагубного пристрастия к картам, особенно к игре в фараона. Жак-Пьер интуитивно почувствовал, что нелепое предложение Левена было совершенно серьезным. Но он вовсе не хотел, чтобы события для юной Анжелики Фремон разворачивались таким образом.