Два были от подруги Татьяны, которая в очередной раз жаловалась на своего гулящего Валерика. В одно сообщение ее жалоба не поместилась, и Вере пришлось читать два о том, о чем она и так давно знала. Нет, что ни говори, а выходить замуж по горячей любви не стоит. Эта самая горячая любовь проходит. Если и не у обоих, то у одной половины – непременно. Татьяна до сих пор не может глядеть в глаза своего Валерика без выражения нечеловеческой преданности, которая тому давно обрыдла настолько, что он своих загулов ни от кого не скрывает. Вера много раз советовала Таньке развестись и по дыскать себе достойную партию из нормальных мужчин, например вдовцов без вредных привычек, но подруга яростно сопротивлялась. Твердила, что любит только Валерика и без него помрет в одночасье. И в результате такой ее влюбленности в собственного мужа Вера должна была либо часами выслушивать Танькины бесконечные жалобы по телефону, либо читать одно и то же в компьютерных сообщениях.

Прочитав Татьянины писульки по диагонали, Вера ответила дежурной фразой: «Терпи, раз любишь, или разводись» – и посмотрела на два других сообщения. Оба были от Серебровского. В одном он отвечал на Верины вопросы о семье и детях. Игорь уже раньше написал, что имеет двоих сыновей. Вера спрашивала его об их возрасте, потому что матери двух девчонок на выданье всегда интересно, не завалялись ли где подходящие, приличные во всех отношениях женихи. Парняги Серебровского подходили по всем статьям. Старшему было двадцать четыре, как Милке, а второму – двадцать один, и он вполне годился для Таси. Игорь прислал и фотографии. Оба молодца были хоть куда и, к счастью, совершенно не женаты. Старший был здорово похож на Игоря: такой же смуглый, черноволосый и кареглазый. Младший, русоволосый и с серыми глазами, видимо, был в мамашу, которую, как выяснилось, тоже звали Верой.

Вера задала Серебровскому очередные вопросы о том, нет ли у его сыновей постоянных девушек, а если есть, то не желают ли они их сменить, поскольку однообразие приедается.