Гарри Поттер во многих отношениях был очень необычным мальчиком. Во-первых, он ненавидел летние каникулы больше других времён года. Во-вторых, он очень хотел сделать домашнее задание, но ему приходилось делать его тайком глубокой ночью. И так случилось, что он был волшебником.

Была почти полночь, а он лежал в кровати на животе, натянув на голову одеяло, словно палатку, с фонариком в одной руке и большой книгой в кожаной обложке («История Магии» Батильды Бэгшот), раскрытой и прислонённой к подушке. Гарри вёл кончиком орлиного пера вниз по странице и, нахмурившись, искал что-нибудь, что могло пригодиться для сочинения на тему: «Сожжение ведьм в четырнадцатом веке было совершенно бессмысленным — Обсудить».

Перо остановилось в начале подходящего параграфа. Гарри сдвинул свои круглые очки на переносицу, поднес фонарик ближе к книге, и прочёл:

Неволшебные люди (более известные как магглы) особенно боялись магии в средневековье, хотя и не умели по-настоящему её распознавать. В тех же редких случаях, когда им всё-таки удавалось поймать настоящих волшебницу или волшебника, сожжение не имело никакого смысла. Волшебница или волшебник произносили простое Пламязамораживающее Заклинание, а затем делали вид, что кричат от боли, на самом деле наслаждаясь нежным щекотанием. Например, Венделин Странной настолько нравилось, когда её сжигали, что она позволила поймать себя под разными обличиями как минимум сорок семь раз.

Гарри зажал перо в зубах и потянулся под подушку за чернильницей и свитком пергамента. Медленно и очень осторожно он отвинтил крышку чернильницы, обмакнул перо и начал писать, время от времени останавливаясь, чтобы прислушаться, потому что если бы кто-нибудь из Дёрсли по пути в ванную услышал скрип его пера, ему, скорее всего, грозило остаток лета провести взаперти в чулане под лестницей.

Семья Дёрсли, проживающая в доме номер четыре по Привит Драйв, была причиной того, что Гарри никогда не радовался летним каникулам.