— Нету вашей Кочетковой. В больнице она.

— Господи! В какой больнице!? Что случилось? — испуганно воскликнула Нонна.

— Делает аборт, — бодро доложил вахтер.

— Как не стыдно!? Пожилой человек! — тут же взвилась до потолка Нонна Юрьевна Шкаликова. С ней это периодически случалось. В самые неожиданные для окружающих моменты она слетала с катушек. Особенно, если речь шла о защите воспитанниц «Журавлика». Нонна Юрьевна на любого бросалась коршуном, и удержать ее от расправы над посягнувшим на святое не было никакой возможности.

— Стыдитесь! Наговариваете на нашу выпускницу всякие гадости! В вашем возрасте сказки внукам надо читать и водить их в зоопарк, а не гнусные сплетни про порядочных девушек распускать!

Мордатый вахтер потрясенно молчал.

— В зоопарк детей водить надо! В зоопарк! — гневно указывала пальцем куда-то вдаль Нонна Юрьевна мордатому вахтеру, сама не замечая, что один в один копирует интонации директрисы ЛорВаси Гонзалес.

От изумления мордатый вахтер продолжал стоять с раскрытым ртом и только глупо усмехался. Наверняка, он, действительно, никогда не водил внуков в зоопарк.

— Я-то здесь при чем? — пробормотал он. — У меня с вашей Кочетковой ничего не было. У нее можете спросить. В нашей районной больнице она. Тут рядом.

— Напишите на бумажке адрес! — распорядилась Нонна Юрьевна Шкаликова. Категоричным и безапелляционным тоном. Каким привыкла разговаривать с младшими воспитанниками в «Журавлике». Правда, и они ее все равно не слушались.

Вахтер явно этого не знал, потому беспрекословно подчинился. Основательно уселся на железный стул, нацепил на мясистое лицо очки и, склонившись над крохотным столом, что-то нацарапал на клочке бумаги. Протянул клочок Шкаликовой.

— К ней вчера еще какая-то рыжая ломилась, — пробормотал он, — Тоже скандал закатила. Наверняка, тоже из ваших.

— Что значит, «тоже из ваших»? — ощерилась Нонна Юрьевна.