– Ну и?

– Попробуй ты, может, у тебя получится вызвать ее, – раздраженно потребовала Пейдж властным тоном, который в представлении Росса теперь прочно ассоциировался с ней, и только с ней. Да, нахальная девица. Просто из принципа – и еще чтобы в ответ поддразнить ее – Росс даже ухом не повел.

– Тебе не приходило в голову, – спросил он, – что больница может быть переполнена пострадавшими? Боюсь, мы с тобой не единственные пострадавшие в результате взрыва. Как знать, может, наоборот, мы с тобой – пара счастливчиков, благополучно отделавшихся легкими ушибами.

Пейдж посмотрела на него уничтожающим взглядом.

– Счастливчиков? Тоже мне счастье – оказаться вместе с тобой в одной больничной палате! Что-то не чувствую себя выигравшей в лотерею!

Росс, слава Богу, был не из тех, кого легко испепелить взглядом. Вообще-то, как он сейчас понял, эта женщина только хорошела, когда вот так ощетинивалась. Не желая принять смерть в самое ближайшее время, он решил не озвучивать свое наблюдение.

Огонь в глазах Пейдж немного угас.

– Может быть, ты и прав, – энергично произнесла она. – Я имею в виду твои слова о количестве жертв.

Двумя секундами раньше он поспорил бы на миллион долларов, что подобные слова никогда не сорвутся с ее губ. По крайней мере не в его адрес.

Однако она тотчас загасила этот слабый огонек его триумфа, добавив:

– Не иначе, как ты собрался предложить свои услуги в составлении исков о получении травмы? Сейчас вот встанешь с постели и пойдешь по коридору, раздавая направо и налево визитки?

Ее красивые розовые губы моментально утратили всю свою сексапильность. Чтобы не сорваться, Росс поспешил спрятать раздражение за грубоватой усмешки:

– Где уж мне тягаться с тобой в умении выторговывать компенсацию большую, чем положено.

В зеленых глазах Пейдж снова вспыхнул огонь. Эти негодующие глаза по какой-то неясной причине вызвали у него желание улыбнуться.