– Вы что-то сказали?

Ей пришлось закинуть голову, чтобы смело взглянуть на него.

– Я сказала, что… могу подождать и закончить распаковывать вещи.

– Ясно. Полагаю, вам бы хотелось переодеться до того, как мы начнем разговор.

– Да.

Что ей советовала Бренда? «Веди себя раскованно, уверенно. Красивые женщины, привыкшие, что мужчины при виде их следуют за ними, как смешные бассет-хаунды, двигаются плавно, стремительно и грациозно, будто у них вместо ног колеса. Понимаю, тебе кажется это нелепым, но если ты хочешь обольстить своего Брейкера, тебе придется воспользоваться моим советом».

Бренда – англичанка из графства Йоркшир, у нее очаровательный акцент, к которому нужно было привыкнуть.

– Я оказался в глупом положении, мисс Дин?

– Извините, – наконец очнулась она.

– Почему вы так уставились на меня?

Что еще говорила Бренда? «Прояви снисходительность, взгляни на него из-под ресниц». Как бы отреагировала ее подруга, узнай она, что Анжелика собирается не книгу писать о Синджуне Брейкере, а разоблачить его гнусную натуру?

Девушка молча прошла мимо хозяина, у дверей в гостиную остановилась и сказала человеку, которого почти не видела в темноте:

– А знаете, халат меня нисколько не смущает, мистер Брейкер.

– Ну и хорошо, – усмехнулся Синджун.

– А вас?

– Ничуть.

– Тогда не будем терять время на переодевание.

Войдя в ярко освещенную гостиную, она машинально поправила разошедшиеся полы халата и, заметив на низком плетеном столике несколько бутылок, спросила:

– Не желаете выпить?

– Нет, благодарю.

Теперь они могли внимательно рассмотреть друг друга при свете.

Обернувшись к Брейкеру, Анжелика не увидела в его руках пистолета и с облегчением посмотрела на него.

Боже правый, ни одна фотография, добытая ею из архивов информационных агентств, не передавала и сотой доли его мужской красоты.

Синджун тоже изучающе смотрел на Анжелику, потом улыбнулся, показав крепкие белые зубы. У него был довольно большой рот с чуть приподнятыми уголками, чувственные губы, прямой нос, черные густые брови, расстегнутый ворот белой рубашки открывал такие же черные волосы на груди, в зеленых глазах, опушенных черными загнутыми ресницами, блестели золотистые искорки. Анжелике показалось, что он заглядывает ей прямо в душу.