– Я взял корзину с провизией для пикника, – сообщил он, включая зажигание.

Эббра уже собиралась выразить восхищение его предусмотрительностью, когда ей на глаза попался кровоподтек на правом виске Льюиса, который она не заметила вчера.

– Что случилось с вашей головой? – спросила она, пристально рассматривая болезненную на вид припухлость, уходившую за линию волос.

Льюис застенчиво усмехнулся:

– Несколько дней назад ударился на тренировке.

– Выглядит очень серьезно. – Внезапно Эббра почувствовала себя истинной дочерью своего отца. – Что сказал по этому поводу врач?

– Не стану же я бегать к доктору из-за каждого синяка или ушиба, – отозвался Льюис, удивленный и тронутый ее заботой. – Для кадрового военного нет большей неприятности, чем пухлая медицинская карточка.

– Ваш начальник должен был приказать вам отправиться к врачу, – сказала Эббра, хмурясь.

Льюис улыбнулся.

– Мой командир понятия не имеет о том, что я ушибся, – пренебрежительно ответил он и утопил в пол педаль газа, направляя машину на юг, в сторону Кармела. – Что вы собираетесь делать со своим дипломом, когда его получите? – неожиданно спросил он.

Эббра отлично знала, чем собирается заняться, но до сих пор она об этом никому не говорила. Даже Джерри. Особенно Джерри.

– Я хочу стать писательницей, – с вызовом ответила она.

– То есть журналисткой?

– Нет. – Эббра широко улыбнулась, и на ее щеках появились ямочки. – Я собираюсь сочинять фантастику.

Брови Льюиса чуть приподнялись.

– По-моему, журналист – куда более серьезная профессия.

Улыбка Эббры стала еще шире. Было невозможно представить себе Льюиса, проводящего дни в праздности.

– Это верно, но я не хочу быть серьезной. Я хочу стать романистом. – Льюис засмеялся, но Эббра не обиделась и расхохоталась вместе с ним. – Я хочу стать знаменитой, выдающейся, известной на весь мир писательницей!