– Я – Серена Блит-Темплтон! – крикнула она распорядителям, преградившим ей путь. – Пропустите меня!

Они почти немедленно подчинились ее повелительному тону, и все же к тому времени, когда Серена пробралась к краю сцены, темноволосый парень исчез.

– Только что здесь стоял молодой человек. Вы не видели, куда он ушел? – перекрикивая гром аплодисментов, спросила она музыканта одной из групп, выступавшей перед «Энималз».

– Понятия не имею, крошка, – ответил тот, смерив ее одобрительным взглядом. – Не могу ли я его заменить?

Он был все еще потный после выступления, на его лице из-под сценического грима проглядывали пятна, а изо рта разило перегаром.

– Нет, – сказала Серена, смягчая отказ улыбкой. – Нет, вы не годитесь.

На смену утру постепенно приходил день, и жара становилась почти невыносимой. Серена стояла бок о бок с крепышом-австралийцем. Они обнимали друг друга за талии, приплясывая в такт музыке.

– А я думал, в Англии всегда идет дождь! – крикнул ей австралиец.

– Чаще всего так и бывает! – крикнула Серена в ответ. – Но иногда у нас случается лето! Вот как сейчас!

Несколько девушек разом стянули с себя футболки и теперь плясали с обнаженной грудью и весело визжали, когда кто-нибудь окатывал их холодным пивом из бутылки. Серене захотелось сорвать с себя мини-платье, в которое она переоделась перед началом концерта. В любом другом месте она так бы и поступила, и лишь уважение к Бедингхэму сдержало ее порыв.

Громкоговорители возвестили, что «Роллинг Стоунз» уже приехали и выйдут на сцену примерно через двадцать минут. Огромная толпа взревела, скандируя: «Мы хотим Мика!»

Серена высвободилась из потных объятий австралийца. Ей хотелось в туалет, но не было ни малейшего желания забираться в одну из передвижных кабин, тут и там разбросанных по полю. Она протиснулась сквозь толпу, выбралась на открытое пространство и побежала к дому, ныряя под установленные вокруг ограждения. К ней метнулся полицейский, и она, запыхавшись, крикнула: