Два мерзавца в отчаянии отплясывали джигу около ринга, зная, что потеряют несколько сотен долларов. Рори вышиб мозги из Уортона после шестнадцати раундов, доставив удовольствие местным джентльменам, показав им честную борьбу.

Приз был самый крупный за все время его карьеры – тысяча долларов! И он был обязан поделить его пополам с Ребеккой Синклер. Ребекка! Дочь священника, далекая от него, как самая дальняя звезда на небе. Но кто запретит ему мечтать о ней в те краткие минуты, когда он приходил в себя после безумной траты заработанных кровью и потом денег на продажных женщин, на дешевое спиртное и на фальшивую рулетку? Пять лет он вел такой образ жизни, с тех пор как сбежал из католического сиротского приюта в Нью-Йорке на поиски своих братьев, отправившихся на Запад за счастьем.

Его целовали многие женщины, прижимались отвисшими грудями, гладили шершавыми ладонями… Он сам научился от них некоторым приемам обольщения. Но когда он целовал кончики пальчиков Ребекки, ему показалось, что Амур воткнул ему в сердце острую стрелу, а мрачный мексиканский «пистоллеро» добавил туда еще пару пуль из «кольта». «Не может быть, чтобы девушка так подействовала на мужчину!» – убеждал он себя, а на самом деле он был не мужчиной, а еще незрелым мальчишкой, чей путь случайно пересекся с девичьей судьбой.

– Да проснись ты наконец, Рори! Или я похороню тебя живьем и отчалю. Тогда выбирайся сам из могилы, если это тебе удастся! – Януарий кричал ему в самое ухо, а Рори с трудом приходил в себя и возвращался к реальности. – Эти леди гонят нас с тобой прочь. Им нужны кровати для новых посетителей.

Рори перекатился на другой бок и закрылся, прижав руку к глазам. Он не хотел видеть солнечный свет. Не хотел видеть Януария, он не хотел видеть никого и ничего! О Боже! Ему казалось, будто все барабаны Армии спасения стучали ему по черепу.