Оставив конверт на диванчике, Валентина Трофимовна поспешила удалиться. Лариса посидела немного, пытаясь согнать с лица удивленное выражение, потом медленно побрела к себе в комнату.

– Лариска, ты чего такая? – Юля – настоящая секретарша, точнее, она себя называет офис-менеджером, от нее не скроется ничто, особенно если это не касается ее служебных обязанностей.

– Да всякие новости про общих знакомых… Ну их, своих дел полно, – отмахнулась Лариса.

Вечером она позвонила маме. Выслушав ее и задав полсотни риторических вопросов, мама категорически запретила ехать.

– Тебе не двадцать лет, Ларочка, – напомнила она. – Пора уже понять, что подобные авантюры ни к чему хорошему не приводят.

«Интересно, откуда мама знает, к чему приводят авантюры?» – подумала Лариса.

Мамина жизнь всегда была упорядочена и лишена всяких недоразумений. С Ларисиным отцом она развелась, когда дочка пошла в школу, и с тех пор мужчин в ее биографии не наблюдалось. В жизни Ларисы авантюры случались, просто мама не всегда была в курсе. Того же Сергея, теоретика по части женской стервозности, однажды к ней домой привезли общие знакомые: жена в очередной раз выставила его за дверь, и он ей назло твердо вознамерился развестись и жениться заново «на нормальной женщине» в течение ближайших двадцати четырех часов, поскольку идти ему все равно было некуда. Ларисе позвонили шутки ради, она, к их изумлению, не возражала против знакомства, и пьяного Сергея с наилучшими рекомендациями сгрузили перед ее дверью. Сергей прожил у нее неделю, потом за ним приехала жена. На Ларису она смотрела с веселым изумлением, видимо, представляла ее совсем другой и теперь не понимала: зачем милой девочке, чистюле и красавице, идти на подобные авантюры? Но Лариса умела в самых странных ситуациях сохранять такую льдистую невозмутимость, что сама авантюра переставала быть таковой, уменьшаясь до размеров обыденности и повседневности.

С тех пор их с Сергеем связывал вялотекущий роман.