И о людях в этих областях. А известными в восемнадцать лет, как правило, не становятся. Потому что создать что-нибудь стоящее можно лишь после того, как накопишь жизненный опыт. Вот почему, как это ни прискорбно, наши творцы в основном люди зрелые, пожилые, а порой даже старые. У нас даже в поп-культуре совсем молодых – раз-два и обчелся. И Джульетт у нас играют тоже достаточно зрелые актрисы, которых предполагаемая аудитория нашего журнала, между прочим, с удовольствием ходит смотреть, да еще в очереди за билетами стоит.

Мне казалось, что я высказала все это с убийственной иронией, однако на Вику мой монолог не произвел ровно никакого впечатления, и она спокойно и деловито откликнулась:

– Да, в чем-то вы, наверное, правы, но тем не менее я остаюсь при своей точке зрения. У вас крайне примитивный и упрощенный подход к решению поставленной перед вами задачи. Хватаете то, что лежит на поверхности.

Пепел ненаписанного заявления об уходе застучал в мое сердце!

– Мне кажется, мы должны все-таки больше ориентироваться на нашу целевую аудиторию, – продолжала плевать мне в душу сопливка. – Ну, посмотрите. Большинство людей, о которых вы писали, бесспорно, люди известные. Но они и без вас известны. О многих можно узнать из энциклопедического словаря. И в Интернете на них по тысяче ссылок. Зачем же повторять в тысячу первый раз? Ну я понимаю еще, юбилей или премию какую-нибудь дали, и то это не всегда повод. Потому что для нашей аудитории эти личности – уже прошлое. Его просто не надо забывать. Но давайте смотреть в настоящее и в будущее. Именно оно в первую очередь волнует нашу аудиторию. Ищите интересных людей, открывайте новые имена! По-моему, это главное!

Она замолчала.

– И где же я вам нарою столько новых имен?

– Это ваша проблема и ваша работа. – Меня опять удостоили вежливой холодной улыбки, смысл которой прочитывался без труда: хочешь – соглашайся, не хочешь – убирайся. – Ищите, смотрите, читайте.