– Ну бред! Представляешь, Настя, какой бред! – отхлебнув кофе из чашечки, начала я. – Она решила делать журнал всерьез. По-моему, искренне верит тому, что в нем написано. Ты когда-нибудь такое видела? Во наивность!

– Когда у папы столько денег, можно побыть и наивной, – философски заметила Анастасия.

– Наивная-то наивная, а отчитывала меня тоном и выражениями задубевшей на руководящей работе шестидесятилетней карги! Откуда она этого набралась?

– Наверное, тоже от папеньки, – горестно усмехнулась Анастасия. – Со мной она точно так же разговаривает.

– Значит, не столь уж наивная, – сделала вывод я. – Ощущает кирпичики долларов за спиной.

– А ты сомневалась?

– Я бы на ее месте хоть на первых парах вела себя поделикатнее.

– Тебе это не грозит. У тебя уже никогда не будет такого папы. И у меня, впрочем, тоже.

– Ну, теоретически, если не папу, то «папика» с деньгами мы с тобой еще можем отхватить.

Настя критически оглядела меня.

– Знаешь, боюсь, момент упустили. Папикам свежачок подавай. А мы с тобой уже в некотором роде секонд-хенд.

– Настя, что-то у тебя сегодня сплошной минор идет.

– Да мажориться-то не с чего. – Махнув рукой, она достала из шкафчика бутылку ликера. – Дверь запри.

– Разве она запирается? – удивилась я. – И вообще, тебе-то от кого прятаться? Ты же здесь главная.

– Была, – угрюмо бросила Настя и, хотя дверь я уже заперла, заметно понизила голос: – Заглянет еще и мигом папочке настучит, что мы пьем в рабочее время и на рабочем месте. Он, между прочим, категорический противник алкоголя.

– Что, завязал? – обожаю такие истории!

– Понятия не имею. Но с тех пор как десять лет назад разбогател, ничего, кроме минералки, не пьет.

– Совсем плохо, – покачала я головой.

– Кому?

– Нам с тобой, естественно.

– Куда уж хуже, – согласилась Анастасия. – Теперь сижу каждый день и думаю: еще хоть месяц дадут главной поработать или нет?