Когда жизнь преподносила Брианне неприятные сюрпризы, она замешивала тесто и что-нибудь пекла. Вот и сегодня встала чуть свет. Еще не было семи, а первый этаж благоухал от запаха горячего шоколада. Кухня стала похожа на пекарню, вся столешница была уставлена мисками с начинкой, какими-то коробочками и баночками.

Брианна готовила шоколадное печенье по немецкому рецепту — отдельно пеклись коржики и потом склеивались сливочно-шоколадным кремом. Сама она к ним не притронется — боится располнеть. Она вообще пекла с единственной целью — отвлечься от неприятных мыслей и успокоиться.

Однако сегодняшним утром отработанная годами терапия не принесла желаемого результата. Как она ни старалась думать о чем-нибудь другом, неизбежный разговор с Тайлером не шел из головы.

Главное заключалось в том, что она была морально не готова отдать половину поместья человеку, который может запросто продать свою долю наследства и продолжать жизнь перекати-поля.

Схватив стеганую рукавицу, она вынула противень из духовки.

— Я смотрю, ты столько всего напекла, что впору открывать воскресную распродажу!

Брианна вздрогнула. Противень выскользнул у нее из рук и шлепнулся на столешницу.

Тайлер стоял в дверном проеме, опершись о косяк. Она сердито зыркнула на него из-за плеча, но ничего не сказала. Он выглядел помятым и невыспавшимся, что не мешало ему источать мужское обаяние. От его ленивой полуулыбки на кухне словно стало светлее. Брианна нашла, что он раздался в плечах и груди с тех пор, как они расстались.