— Но если твоя мачеха…
— Черт возьми, Одетта прекрасно знает, что я вложил все свои средства в новое оборудование! Деньги вернутся самое большее через год. Если бы она согласилась подождать, я заплатил бы ей куда больше, чем покупатель, которого она нашла.
— А я предлагаю тебе эти деньги прямо сейчас. — Натали трудно дались эти слова, но пути назад не было. Со страхом смотрела она на Этьена: он напряженно думал, взвешивая все “за” и “против”. — Получив наследство, я стану сказочно богатой и смогу помочь тебе. Не говори “нет”, пожалуйста! Если захочешь, вернешь мне эту сумму потом.
Натали замолчала. От нее больше ничего не зависело, она сделала все, что могла. Секунды тянулись нестерпимо долго, а Этьен вновь замкнулся, ничем не выдавая своих чувств.
— Хорошо, — наконец сказал он медленно. — Но при двух условиях.
— Господи, да все, что хочешь!
— Первое — роскошная свадьба, свечи, цветы, гости… В общем, все должно быть как полагается.
— Как скажешь! — Натали готова была в этот момент согласиться с чем угодно, от волнения она почти не осознавала происходящего. — А второе?
— Наш брак будет настоящим. Только так мы убедим твоего дядю, что страстно любим друг друга. Или все — или ничего. Выбирай.
Все или ничего. С самого начала их знакомства Натали прекрасно понимала, что их отношения держатся на одном физическом влечении. Этьена интересовало только ее тело, и он не скрывал своих желаний. Правда, до последнего момента Натали удавалось сдерживать эти порывы. Признаться, не без труда, так как их чувства были взаимны. Когда Этьен впервые поцеловал Натали, страсть, неизведанная прежде, нахлынула волной и затопила все ее существо…
Это было тем более странно, что Натали никогда не испытывала такого с Полем, которого, как ей казалось, любила всем сердцем. Но с ним никогда не было этой захлестывающей нежности и падения в сладкую тьму — того, что давало ей одно прикосновение горячей руки Этьена. Правда, сегодняшнее его поведение и слова подействовали на нее отрезвляюще, как холодный душ. Натали испугалась, но отступать было поздно. Она сделала свой выбор — только вот ледяной комок в горле мешал сказать последнее “да”.