– Слушай, но мне действительно надо пробыть в Наттон-Прайори ближайшие несколько дней. Честное слово. Я бы с удовольствием присоединился к тебе, но в поместье столько дел. А может, пообедаем во вторник? – в голосе Александра неожиданно послышалось волнение.

– Право, не могу, – простонала Пола. – Во вторник первым же рейсом я лечу в Нью-Йорк, а оттуда в конце недели – в Сидней. Меня не будет весь сентябрь.

– Ясно.

Она так остро почувствовала его разочарование, что не удержалась:

– Слушай, давай прямо сейчас договоримся о встрече. В октябре. – Не отрываясь от трубки, она перелистала записную книжку. – Как насчет первой среды?

– Пожалуй, только дай мне взглянуть в свое расписание. Секунду, не вешай трубку.

Послышался шелест страниц. Пола отхлебнула горячего кофе. Когда Сэнди вновь заговорил, голос его звучал весело и бодро.

– Все в порядке, дорогая. Увидимся в октябре. С нетерпением буду ждать встречи.

– Я тоже. И знаешь, Сэнди…

– Да?

– Береги себя.

– И ты тоже, Пола. Поцелуй там всех на вилле.

Повесив трубку, Пола принялась за кофе. Хмурясь и поглядывая на телефон, она задумалась о кузене. Напрасно она не настояла, чтобы он хоть немного пожил с ними на Ривьере этим летом. Хотя разве его заставишь? Ведь Эмили с самой Пасхи проявляет всю свою незаурядную энергию и упорство, чтобы вытащить его на виллу Фавиолла, и что же? Он приезжал туда раз-другой, всего на несколько дней и то только для того, чтобы ублажить сестру. Они с Эмили это прекрасно понимали.

И все равно Пола испытывала чувство вины за то, что в последнее время уделяла Александру так мало внимания. В этом году она была слишком занята, столько забот на нее свалилось. Тут уж не до личной жизни. Сэнди стал жертвой тех же безжалостных законов бизнеса, которым и она присягнула. Бедняга Сэнди, у нее не было для него времени, это была печальная правда, в которой приходилось сознаться.