— Я надеялся услышать не это. Юлька, для нашего нежного возраста ты бываешь слишком приземленной, — слегка разжимая объятия, Лева укоризненно посмотрел на нее.

— Двадцать лет — возраст принятия решений. Нежным он уже никак не может быть.

— Нам уже есть, о чем поспорить, — усмехнулся Лева.

— Тебя это пугает?

— Наоборот. Я знаю, что выбрал умную, хозяйственную, красивую девушку. У тебя очень много достоинств.

— Красоту ты поставил на последнее место, — заметила Юля.

— Хотя она и спасет мир, без толковой головы — ничего не стоит. Это мое мнение. Красоток без мозгов вокруг пруд пруди. Разве можно надеяться провести с ними всю жизнь, состариться вместе, растить детей? — Лева поморщился, закрыл глаза. — Скукотища!

— Ты сегодня философ.

— В двадцать три это непозволительная роскошь, но я не в силах от нее отказаться! Во мне уживается много разных мужчин. И один из них надеется не только философствовать, но и добиться в этой жизни самых крутых высот. Я стану ученым, известным ученым. Ты не против такой перспективы?

— Нет. А какую роль ты отводишь мне?

— Верной спутницы, любимой и любящей жены.

— Кратко, но здорово.

— Хочешь расшифровки?

— Нет. Жизнь покажет.

Лева взял ее за руки, крепко сжал. Юля почувствовала малую толику силы, которую он вложил в это движение. В какой-то момент она подумала, что в прозвучавших словах слишком много романтики, а реально Леве нужна молчаливая, кроткая, соглашающаяся с его мнением жена. Она должна быть при нем, его детях, его доме. Каждый день радоваться тому, что они вместе. Чувствовать себя счастливой, попадая в отсвет его успехов, удач, славы. О своих амбициях нужно забыть — это ненужное дополнение, рудимент, оцененный в начале совместного пути. Кто знает, может быть, Лев на самом деле станет знаменитым? Он самый способный студент на их потоке, его голова полна идей, и он — их генератор, что не могло укрыться от опытного взгляда институтских профессоров.