От вида пищи ее замутило, и она отправилась прогуляться по комнатам, чтобы хоть как-то отвлечься. Квартира была огромной даже для двоих, хотя когда-то Сандра мечтала, что они заживут здесь втроем. С ребенком.

Она сама выбрала квартиру, и Сайлас подарил им ее на свадьбу. Она тогда, обставляя и украшая комнаты, радовалась как дитя, словно это был ее кукольный домик. Сандра тогда не замечала, что Коннору все это безразлично.

Нет, Коннор никогда не вел себя как молодой влюбленный. Но она и не ждала от него никакой страсти. Было очевидно, что для любого нормального мужчины «Шервуд косметикс» являлся не менее желанной целью, чем сама Сандра Шервуд. Достаточно было посмотреть на реакцию Сайласа, когда они объявили о помолвке. Отец был на седьмом небе от счастья, и не прошло недели, как он заявил, что Коннор станет его преемником и возглавит компанию.

Их брак, конечно, был своего рода сделкой, но почему бы им не стать действительно счастливыми? Даже графиня предупреждала ее, что значимость любви сильно преувеличивают и для брака необходимо множество других составляющих, а не только безрассудный порыв чувств.

— Светлая голова важнее выброса гормонов, — говаривала она.

Этот союз выгоден им обоим. Коннор таким образом выигрывал «Шервуд косметикс», Сандра — независимость, а возможно, и некоторую самостоятельную ценность в глазах Сайласа.

Вначале все было хорошо, и, если бы не смерть Сайласа, они могли бы прожить вместе многие годы. Ведь и другие супруги подолгу не разговаривают друг с другом. Ее родители тоже редко общались. Почему же у нее должно быть иначе?

Они не ссорились, и им было неплохо в постели. Она даже не всегда замечала, что Коннор, пожалуй, не слишком часто заходит в ее комнату. В конце концов, они же не герои мыльной оперы.

Но со смертью Сайласа картина стала проясняться. Сандре казалось, что она живет в радужном мыльном пузыре и все эти годы не может разглядеть реальность за мыльной радугой. А когда наконец смогла — эта реальность ей не понравилась.