А для Карен возврата не было. Льюис Мартин, глава маленькой компании, в которой она работала, знал обо всех обстоятельствах и сочувствовал ей. Он посоветовал ей быть храброй и выдерживать характер. Он отговорил ее возвращаться к Полу, и Карен была очень благодарна ему за поддержку в это трудное время. Оглядываясь теперь назад, она не сомневалась, что если бы не Мартин, то не дольше чем через неделю она вернулась бы к Полу… на его условиях!

Пол сделал несколько неудачных попыток увидеться с ней, но Льюис охранял ее, как королевскую сокровищницу, и Карен оставалась наедине со своими мыслями. Когда она говорила, что, возможно, ей стоит повидаться с Полом, Льюис напоминал о том, почему она его оставила, и слова его укрепляли ее решимость. Ничего хорошего в их воссоединении не будет. Только новые споры, ссоры и снова разрыв. Они были несовместимы. Ей следовало это признать раз и навсегда. Да, они подходят друг другу сексуально, но брак только частично зависит от этого. Таковы были слова Льюиса, и Карен ему поверила. А почему бы и нет? Он ничего от этого не выигрывал, разве что получал второразрядного дизайнера, который за последние годы все перезабыл. Откуда было ему знать, что до того, как возникли споры о работе, они с Полом ссорились крайне редко.

Льюис нашел ей квартиру через друга, занимавшегося торговлей недвижимостью. Льюис выкупил эту квартиру, так что теперь Карен снимала ее у него. Ей невероятно нравилось, что у нее появился свой дом, и, едва скопив немного денег, она стала обставлять его. Пол давно оставил Карен в покое. Ей хорошо работалось на Льюиса. Он-то и сообщил ей слух, что Пол собирается подать на развод. Карен не хотела в это верить, но несколькими днями позже получила по почте уведомление о намерении Пола развестись и была совершенно потрясена тем, что причиной называлось прелюбодеяние, а соответчиком — Льюис.

Однако Льюиса это, казалось, совершенно не смутило, хотя пресса подняла на какое-то время шум по этому поводу. Он посоветовал Карен не оправдываться в суде. Это же сказал ей найденный Льюисом адвокат. Когда начинают защищаться, говорили они, суд превращается в стирку грязного белья на людях. Если она не хочет, чтобы ее личная жизнь была вывернута на всеобщее обозрение, лучше не оспаривать обвинение в измене.