Язык Джесс с трудом вымолвил имя, которое она так долго запрещала себе произносить, которое поклялась не называть под страхом смертной казни. Но потрясение и ужас заставили ее нарушить клятву.

— Как ты сюда попал?

Мужчина смерил ее ироническим взглядом. Только идиотка может задать такой вопрос, говорило презрительное и высокомерное выражение его лица. Казалось, Лоренцо Скарабелли готов вынести все на свете, кроме соседства с дураками.

— Меня пригласили, — лаконично ответил и, с опозданием поняв, что все еще поддерживает Джесс, быстро отпустил ее руки с длинными изящными пальцами, безукоризненный маникюр которых плохо вязался с сильно поношенной кожаной курткой.

Он отпустил Джесс с таким видом, словно прикоснулся к жабе, и сделал шаг в сторону. Это движение красноречиво говорило о том, что расстояние между ними было намного больше, чем несколько сантиметров, разделявшие их в действительности.

— Похоже, праздник в разгаре?

Джесс только кивнула в ответ. Шум голосов, музыка и смех говорили сами за себя.

— Но Брендан не мог пригласить тебя!

Насмешливо поднятая черная бровь сильно поколебала уверенность Джесс в своей правоте.

— Милая Джесс, неужели ты думаешь, что я явился бы сюда в таком виде... — Он небрежно обвел рукой свое сильное тело, и взгляд женщины невольно сделал то же самое, — если бы твой чокнутый дружок не дал мне для этого повод?

Джесс молча выругала себя за глупость. Она не хотела смотреть на него. Но Лоренцо хватило одного надменного жеста, чтобы заставить ее сделать это. А потом она уже не смогла отвести взгляд. Она не хотела вспоминать это худое, сильное тело, которое когда-то знала слишком близко. Не хотела вспоминать чувства, охватившие ее в тот момент, когда она оказалась в его объятиях и ощутила чувственное прикосновение губ к губам.

— Сомневаюсь, что ты помнишь, из-за чего сегодня здесь собрались гости, — холодно ответила Джесс, сделав отчаянное усилие и заставив себя опомниться.