Сказал и покраснел как рак. Выдал все свои чувства разом. И от Маши это, конечно же, не ускользнуло.
— Вы можете, конечно, предполагать все, что угодно, но я его боюсь, вот так-то вот.
— В таком случае нам просто необходимо сейчас же выйти из дома и проследить за тем, будет ли он тебя и сейчас преследовать, — сказал Сергей. — Ты готова прямо сейчас превратиться в «живца»?
— Если вы будете рядом, то конечно, — ответила с готовностью Маша, желая поскорее отделаться от этого неприятного чувства страха.
Они вышли из дома, где жил Сережа, по очереди. Первой пошла Маша. Чувствуя себя защищенной, она придала своему лицу выражение легкомысленности и беззаботности, что удалось ей с блеском, и направилась прямо через весь двор к гаражам, где был небольшой лаз в заборе, ведущий к соседнему дому, скрытому от глаз высокими деревьями.
И действительно, стоило ей показаться во дворе, как из соседнего подъезда вышел высокий худой человек во всем черном и черных же очках. Он стремительной походкой направился вслед за Машей.
И тогда наступила очередь Дронова. Он окликнул Черного: «У вас закурить не найдется? » Человек остановился, какое-то мгновение смотрел на Сашу сквозь плотное черное стекло очков и вдруг, махнув рукой, припустился к забору, за которым уже успела скрыться Маша. Ребята побежали следом, но, проскочив лаз и оказавшись уже на площадке соседнего двора, увидели лишь озирающегося по сторонам незнакомца. Маши нигде не было видно.
Увидев приближающихся к нему ребят, мужчина почти побежал к дому, завернул за угол и исчез. Словно его и не было. А из-за гаража вышла Маша. Страха на ее лице уже не было — одна злость:
— Вот черт! И чего привязался?
Надо было тебе остановиться, знаешь, так, резко, и спросить его в упор: что вам от меня нужно, — деловито сказал Сашка, глядя вслед исчезнувшему человеку. — Обычно так и поступают. И вот тогда бы ты, возможно, узнала, что он сохнет по тебе, вот и все…