Выходить из дома, чтобы искать Никиту, было опасно: Кирилл мог позвонить в любую минуту. Но и оставлять брата без ключей она тоже не могла.

И тут случилось чудо: Никита объявился сам. Дверь открылась, Маша услышала звон ключей и, на свое счастье, увидела, наконец, брата.

— Ты где был? — строго спросила она, помня о том, что лучший способ защиты — нападение. И ей ни в коем случае сейчас нельзя выдать свою растерянность и волнение перед предстоящей поездкой.

— Гулял, — невозмутимо ответил Пузырек, тоже наверняка преисполненный своих тайн, которые тоже пока не собирался ей открывать.

— Ключи у тебя есть?

— Есть. Ты идешь в «штаб»?

— Я решила сначала пойти к Монастырскому и договориться с ним об уроках, а потом позвоню вам, — соврала она, не глядя в честные глаза Никиты. И, не дожидаясь ответа, поспешила укрыться в своей комнате.

Когда раздался телефонный звонок, она была уже на пределе волнения. Услышав голос Кирилла, облегченно вздохнула: значит, ничего не отменяется…

— Подходи к арке через пять минут, сможешь?

Кирилл имел в виду арку, соединяющую улицу с внутренним двором дома, в котором она жила.

— Хорошо, договорились.

Она положила трубку и, подхватив свой рюкзачок, набитый разной мелочью вроде купальника, расчески, солнцезащитных очков и даже маленького полотенца, кинулась к выходу.

— Никита, я побежала! — крикнула она куда-то в пространство квартиры, где должен был находиться брат, и, распахнув дверь, буквально пулей вылетела на лестницу.

С лифтом тоже повезло — он довольно скоро приехал и услужливо распахнул свои двери. И только на первом этаже ее ждал удар.

Двери лифта открылись, и перед ней возникла высокая долговязая фигура во всем черном.

— А-а-а! Ма-а-мочки! — закричала она, сорвала с плеча рюкзак и наотмашь, со всей силы принялась хлестать своего преследователя куда придется.