Скай вошла в пещеру. Там всегда царил полумрак, даже когда горел огонь. Единственным источником света, кроме того, который проникал через узкий вход, было отверстие наверху. Но оно было слишком маленьким, величиной с человеческий кулак, и солнечные лучи далеко не всегда попадали сюда; поэтому кроме тех редких часов, когда это случалось, его можно было просто не заметить. Зато это отверстие служило прекрасным дымоходом, к тому же из-за зарослей кустов наверху дым практически не был виден. Только во время дождей оно причиняло множество неудобств. Вода стекала со всех сторон и попадала прямо в пещеру. В такие дни девушке приходилось собирать воду в деревянную бочку, чтобы она не намочила ее ложе из шкур.

— Рада тебя видеть, — сказала она человеку, расположившемуся здесь без нее, как дома. — Мои запасы уже кончаются, а сегодня все силки оказались пустыми.

Много Когтей шутливо поборолся несколько минут с Эсупом, потом потрепал его по мохнатой шее и сказал:

— Иди. Не могу же я играть с тобой целый день.

Волк послушно подчинился команде и лениво пошел к своему излюбленному месту у костра, который весело потрескивал сухими ветками, подброшенными туда Много Когтей. Над костром в железном котелке, покачивающемся на конструкции из свежесрубленных веток, варился кролик.

— Я не мог прийти раньше, Скай, — сказал Много Когтей. — Буря была похожа на злого духа, мечущегося меж двух миров, полного гнева и отчаяния.

Девушка кивнула в знак согласия, подумав, что только безумец мог отправиться в горы в такую снежную бурю. Скай сама просидела в пещере три дня, пережидая ее.

— Похоже, что снег пойдет снова, — сказала она. — Наверное, тебе лучше не задерживаться здесь слишком долго.

Но, казалось, Много Когтей это не беспокоило. Его глаза сонно смотрели на огонь и волка.

— Без меня там справятся. Племя знает, что я ушел поговорить с Великой Тайной. Они сами этого хотели, поэтому я могу побыть с тобой несколько дней.