— Но вашего брата нет дома, — вкрадчиво уточнил Зак. — Так что, пока вы не установите его местонахождение, даже не думайте оставить Казбан.

Она нерешительно заморгала, и их глаза встретились — огонь и понимание вспыхнули между ними.

Он притянул Эмили и припал к ее губам. Ее мягкие губы мгновенно раскрылись, и она обвила руками его шею.

Он чувствовал сладость ее рта, ощущал очертания ее бедер, и тут его тело воспламенилось.

Эмили дрожала, он это почувствовал. Она была настоящим искушением.

Звук, исходящий с кровати, вернул Зака в настоящее. Он оторвался от нее.

Борясь с эмоциями, которых он не испытывал с подросткового возраста, Зак широкими шагами вышел из комнаты, не оборачиваясь и проклиная Питера Кингстона, который решил вести дела с государством Казбан.

Эмили трясущейся рукой положила трубку.

Дома у Питера никто не отвечал. Непонятно, почему он сорвался с места, никому не сказав, куда едет. Это было настолько не похоже на него, что она вдруг подумала, а хорошо ли знает своего брата.

Она рассеянно посмотрела в окно и нахмурилась, увидев что во внутреннем дворе внизу буйствовал, распугивая прислугу, вороной жеребец принца. Крайне возбужденный, он скалил зубы и отталкивал любого, кто приближался к нему.

И тут внимание Эмили привлекла крошечная фигурка в углу двора, которая двигалась с вытянутой рукой к громадному коню. Джамал!

— О нет. — Предчувствуя непоправимое, Эмили повернулась к молодой девушке, которую прислали для подбора одежды. — Куда? — быстро спросила она. — Как я могу попасть во внутренний двор?

Она должна спуститься до того, как ребенок погибнет!

Девушка поспешила к двери и указала на лестницу.

— В конце есть дверь прямо во внутренний двор, сказала она, и Эмили начала быстро спускаться.

Сахара опять вытворял свои фокусы.

Прищурившись, Зак с раздражением смотрел из кабинета на любимого жеребца, не дающегося слугам. Раздувая ноздри, с диким взглядом, он становился на дыбы, не подпуская конюхов.