Неужто на дерево в такую темень полезет?

— Хочу! — уже не равнодушно, а капризно, будто заморская принцесса, заявила Наташа.

И снова Лёшка сидел перед нею на корточках. Только на сей раз протянул обе руки: одну с вишнями, вторую подставил под косточки.

Хватит вспоминать. Пора делом заняться. Былое никуда не денется, даже если завтра на Наташу нападет злой и страшный склероз. Говорят, он только короткую память калечит, длинная ему не по зубам. Но даже при самом отвратительном раскладе ее воспоминания уже зафиксированы. Пока еще не в вечности, всего лишь в железной памяти Фёдора — так Наталья окрестила ноутбук, когда муж подарил ей его на День Святого Валентина три года назад.

С Федора все и началось. Сам виноват, не нужно было Федора дарить. Мог бы, как нормальные мужья, отделаться коробкой конфет в форме сердечка. А решил соригинальничать — теперь терпи. Сам виноват, что у жены появился другой мир. Придуманный.

Папа часто повторял, что я человек крайностей. Возможно, он был прав. Да что там: папка всегда прав, я убедилась в этом еще в шестом классе, когда он с точностью до вздоха предсказал дальнейшее поведение вредного одноклассника. Я-то, глупая, думала, он мне козни строит. А папка все объяснил, по полочкам разложил: сначала, говорит, он тебя за хвостики дергает, подножки ставит, потом попросит списать русский (у меня и в школе по нему пятерки были, потому в филологи и подалась), а потом в кино пригласит, при этом тяжко вздыхая и отводя взгляд в сторону. Так и вышло, вплоть до вздоха.

Ну да я не об этом. Я о платье. Человек крайностей я, вот уж точно. Если не люблю пышные платья, будьте уверены: выберу самое-самое узкое из предложенного ассортимента. До чего ж я, наверное, предсказуема! А ведь женщина должна быть загадкой. А во мне загадочности ноль. Остается надеяться, что привлекательность с лихвой возместит этот мой недостаток. Да что там, недостаток — это слишком громко. Так, недостаточек. Мелкий такой. А кому-то и вообще достоинством покажется. Тёме, например. Он у меня сюрпризов не любит. Так что для него я одно сплошное достоинство. Ну да, сам себя не похвалишь, тогда кто?