Кейт кивнула и пошла в указанном направлении.
Она не знала, как ей поступить. Ее план ограничивался слежкой за Симом до места его тайного рандеву. Теперь, когда ее муж уединился в номере с любовницей, она растерялась и лихорадочно соображала, что ей лучше предпринять: то ли вломиться в номер, то ли затаиться в коридоре и дождаться, когда влюбленная парочка выйдет.
Кейт дошла до конца коридора и замерла в нерешительности напротив сто двадцатого номера.
Из подсобки вышла, катя перед собой тележку, нагруженную полотенцами и моющими средствами, молоденькая горничная. Заметив Кейт, она спросила:
— Могу я вам чем-то помочь?
Кейт покосилась на дверь — оттуда не доносилось ни звука.
— Я забыла взять ключ у портье, — сказала она, — а возвращаться к нему не хочется. Не могли бы вы отпереть ее своим ключом?
— Минуточку! — Девушка достала из кармана фартука ключ и отперла им сто двадцатый номер.
— Спасибо! — сказала Кейт.
— Всегда к вашим услугам! — Горничная отперла тем же ключом соседний номер и исчезла в нем.
Кейт проскользнула в прихожую и огляделась. Справа от нее находилась ванная, слева — стенной шкаф, прямо — спальня. Затворив дверь, Кейт прислушалась. Из-за двери спальни слышалось сладострастное постанывание, не оставлявшее сомнений в том, чем занимается ее супруг.
Кейт припала к двери ухом: стоны становились все громче, они сопровождались шумной возней. Ей следовало ворваться в комнату, застать неверного мужа и его любовницу тепленькими в постели, дать волю благородному гневу и выйти с гордо поднятой головой из этого вертепа, навсегда вычеркнув Сима из жизни.
Но ее любопытство вновь оказалось сильнее рассудка.
Кейт осторожно повернула ручку и, толкнув дверь, стала смотреть в щелку. Обзор оказался достаточным, чтобы разглядеть любопытное зрелище.
Голый Сим стоял на коленях у края двуспальной кровати. На плечах у него покоились чьи-то стройные ноги в черных чулках из лайкры, широкие подтяжки обтягивали мясистые ляжки, а красные туфли на высоких каблуках мерно постукивали Сима по спине, понуждая его действовать активнее. Обладательница стройных ножек хрипло постанывала грудным голосом.