Трясущимися от нетерпения и перевозбуждения пальцами она стала расстегивать молнию на его брюках. Он не вмешивался в этот процесс. Когда же Кейт наконец удалось довести свою затею до конца, высвобожденный пенис радостно вырвался из оков материи наружу. Розовая глянцевая головка слегка подрагивала. Не задумываясь ни секунды об этичности своего поступка, Кейт наклонилась и принялась остервенело ее сосать.

Том сладострастно застонал.

Кейт облизнула уздечку, подразнила кончик головки языком и, войдя в раж, заглотила член целиком. В этот момент стенки влагалища сжались: несомненно, рот был началом (или продолжением) полового аппарата.

Том с трудом оттащил ее от своего лилового «леденца» и наставительно сказал:

— Все это очень мило, но я предпочитаю действовать по старинке, не мудрствуя лукаво. А ты, Кейт?

— Я тоже, — призналась Кейт, чувствуя дрожь в коленях.

Она встала и, вернувшись к кровати, стала смотреть, как Том стаскивает с себя одежду. У него была широкая, но лишенная растительности грудь. На животе не было ни грамма лишнего жира. Сняв туфли и носки, он стянул с себя брюки и трусы. Пенис стоял, готовый к действию. Том взглянул на Кейт и плотоядно ухмыльнулся.

Рассматривая его обнаженное тело, Кейт еще больше возбудилась. Клитор ее затрепетал. Она глубоко вздохнула и сглотнула ком.

— Теперь я дам волю своим фантазиям, — сказал Том.

— Каким именно? — насторожилась Кейт.

— Наберись терпения! — злодейски сверкнув глазами, ответил Том.

Не произнеся больше ни слова, он сел рядом с ней на кровати, обхватил руками плечи и начал страстно целовать. Пока его язык проникал Кейт в рот, его рука сжала ей грудь.

— Ляг на спину и думай об Англии, — хрипло сказал он, отстранившись, и ущипнул ее за сосок.

Кейт послушно подчинилась, чувствуя, как натянулись все ее нервы в предчувствии соития. В памяти возникло ощущение, которое она испытала, когда в нее входил Дункан, и влагалище сжалось, обильно увлажнившись.