Лишившись на время зрения, Кейт мгновенно напрягла слух и услышала, что Джерард отошел к двери и начал снимать пиджак и развязывать шелковый галстук. На нее пахнуло одеколоном.

— Теперь встань! — приказал Джерард и дотронулся до ее голого плеча.

Она вздрогнула, как от удара током. Он провел пальцем по ее шее, ключице и пощупал ей груди. Соски ее давно уже торчали, а бюстгальтера на ней не было.

— Я хочу тебя раздеть, — сказал Джерард и повернул ее спиной к себе.

Она почувствовала, как он расстегивает молнию на платье, услышала ее треск. Потом платье соскользнуло по ногам на пол.

— Переступи через него, — велел Джерард.

Кейт сделала так, как он сказал. Он наклонился и поднял платье с пола. Происходило нечто действительно неординарное: она стояла посередине комнаты в колготках и трусиках, с повязкой на глазах, один на один с человеком, которого знала всего три часа. Кейт охватило жуткое волнение — было ли оно физического или умственного характера, она ответить не могла, но чувствовала, что ее трясет от возбуждения.

— Снимай колготки! — сказал Джерард.

Кейт почувствовала, как он стягивает с нее колготки.

— Подними ногу! — раздалась новая команда.

Она подняла левую ногу, вытянула руку и оперлась на его плечо. Он снял с нее туфлю, потом освободил ступню от застрявшей на ней части колготок. То же самое он проделал и с другой ногой.

Трусики на Кейт были маленькие, из черного атласа, они прикрывали низ лобка и верх ягодиц. Джерард погладил ее по попке и приказал:

— Садись!

Кейт попятилась, почувствовала кожей подколенных впадин край матраца и села на кровать.

— А теперь ложись! — приказал Джерард.

Он встал рядом с ней на колени и помог ей лечь на середину кровати, придерживая руками за плечи. Затем он встал и, судя по характерному шороху материи, начал раздеваться.