То же самое с невероятным напряжением сделал и Валентин.

Затем, улыбнувшись, девушка отпила глоток воды и потянулась за пультом дистанционного управления. Включился телевизор, наполнив сумрачную спальню танцем цветных теней.

Так начался новый этап в полуторавековой жизни Валентина Тремейна после смерти — или новая и лучшая жизнь, как считал он сам.

Но его начали одолевать сомнения, особенно после того, как он понял, что впервые лежит в кровати с женщиной, которая совершенно не обращает на него внимания.

— Валентин, — прошептал он ей на ухо свое имя, уловив тонкий запах земляники и сливок. — Повтори, милая.

Она отмахнулась от него, как от надоедливой мухи. Валентин решил было обратиться к ней погромче, но потом сдержал себя — он ведь хотел не испугать, а соблазнить эту женщину. Однако ее это ни капли не интересовало. Она просто сидела рядом, ела, пила и смотрела новости. Тем временем Валентин мучился, сгорая от желания, и наблюдал за ней.

И хотя он всегда считал себя терпеливым человеком, довольно скоро ему пришлось убедиться, что из него получился очень, очень нетерпеливый дух.

Вероника положила в рот последний кусочек пиццы. Проигнорировав мимолетное чувство непомерной вины, она потянулась еще за одним ломтиком. Итак, теперь ей придется всю эту неделю на занятия бегать. А может, даже и месяц.

Внезапно крышка коробки захлопнулась в нескольких дюймах от ее пальцев. Холодок тревоги пробежал по спине Вероники, и ее сердце словно замерло на какое-то время.

Часы продолжали отстукивать секунды, и этот звук постепенно становился все громче. Тем временем девушка по-прежнему пристально смотрела на коробку с пиццей, словно та превратилась в живое, дышащее существо.