— Могу спорить, вы не сможете нас различить, — ухмыльнулся Джимми.

— Я споры не одобряю, — довольно чопорно ответил доктор Тейлор. — Однако я ученый, а главное в науке — это умение наблюдать, — он протер платком свои темные очки.

За ними оказалась пара карих глаз с на редкость длинными и густыми ресницами. Вытянув шею, он подался вперед, прямо к лицам близнецов, отчего Син отпрянул назад, но Джимми устоял и вопросительно уставился на него.

Доктор Тейлор просто несколько секунд смотрел на них молча и не мигая.

— Как я и предполагал, — объявил он, — имеются существенные различия в расположении веснушек. И если внимательно присмотреться, не составит труда отличить вас одного от другого. Хотя на расстоянии, разумеется, перепутать легко. Полагаю, поведенческие различия с практической точки зрения были бы более полезны.

— И что это значит? — поинтересовался Джимми.

— В данном случае рискну предположить, что ты, Син, более осторожен. А ты, Джимми, — сорвиголова!

Чтобы подчеркнуть сказанное, доктор Тейлор тыкал в них толстым указательным пальцем.

— Это вы точно подметили! — рассмеялась Джина.

Доктор Тейлор улыбнулся, вновь водрузил на нос свои темные очки.

— Разумеется. А теперь, с вашего позволения, пойду схожу за шляпой, — повернулся он, чтобы уйти.

Мальчики, разинув рты, смотрели ему вслед. Джоди, не в силах больше сдерживаться, захихикала.

— Различия в расположении веснушек, — пробормотала Джина и вновь рассмеялась. — Может, нам называть близнецов Пятнашка и Клякса?

Она привалилась к Джоди, и обе начали безудержно смеяться, в то время как мальчики хмуро смотрели на них.

Перегнувшись через борт, Джоди смотрела в казавшуюся бесконечной синюю морскую даль. Прошло уже два часа, как яхта вышла в открытое море, а ни одного дельфина Джоди пока не увидела. Она почувствовала усталость и разочарование.