Все эти мысли вдруг объединились в одну блестящую идею, и ей захотелось поскорее проверить ее.

— Можно я пойду? — спросила она. Джина удивленно посмотрела на нее:

— Будет еще десерт.

— Да, я знаю, но мне хочется кое-что сделать, пока не стемнело, — ответила Джоди.

Она умоляюще посмотрела на маму, и та кивком отпустила ее.

Джоди бросилась в свою каюту, нашла среди вещей блок-флейту и поспешила на палубу.

Солнце уже село, но небо все еще оставалось светлым. Эти неопределенные голубоватые сумерки Джоди очень любила. Ей казалось, что в это время воздух больше всего похож на воду, когда можно представить себе, что ныряешь в него, только не вниз, а вверх, и летишь с такой же легкостью, как плывешь. Вдали от шума и искусственных огней суши атмосфера здесь была спокойной и мечтательной — именно здесь и именно в такой момент должны сбываться желания.

Скрестив ноги, Джоди устроилась поудобнее на носовой палубе и поднесла блок-флейту к губам. Она сыграла первую из выученных ею мелодий и устремила взгляд в морскую даль, ожидая ответа. Ничего. Тогда она попробовала «Зеленые рукава». Потом «Песню про небесный корабль». Опять ничего.

Наконец Джоди решила взяться за что-нибудь более серьезное — за одну из классических вещей, над которыми учитель рекомендовал ей работать во время поездки. Ей не хотелось спускаться за нотами, и она стала играть по памяти. И давалось ей это нелегко. Делая ошибку, она начинала все сначала, и так несколько раз. Она настолько сосредоточилась на музыке, что забыла даже, ради чего играет. Поглощенная мелодией, Джоди дошла до конца и замерла, вслушиваясь в тишину. Внезапно ее нарушил странный звук, похожий на скрип дверных петель.