— Клайв принесет кроватку, я тоже скоро вернусь. Пегги понадобится список необходимых Натану вещей. Завтра мы закажем ему другую кроватку и остальные вещи. Я сделаю это все как можно быстрее.

— У него есть все необходимое дома.

— У моего сына должно быть все самое лучшее, — надменно возразил он.

— У него это есть. У него есть я.

— Конечно. И теперь тебе не придется ни о чем заботиться.

— О чем это ты?

— Мы поженимся.

— П-поженимся? — Ей казалось, что она сейчас упадет в обморок. Джемма знала, что Тейт консервативен в таких вещах и после того, как он узнал, что Натан — его сын, он мог настоять на браке. Но все равно это прозвучало как гром среди ясного неба. — Значит, ты не будешь пытаться отобрать у меня сына?

— Нет. Но если ты не захочешь выйти за меня, я буду сражаться за него в суде. У ребенка должны быть и отец, и мать.

— Даже если мы не любим друг друга?

— Да.

— Даже если ты считаешь, что я тебя обманула?

— Да.

— Тейт, это будет кошмар, а не брак. Не только для нас, но и для Натана.

Тейт сжал челюсти.

— Если тебе дорог твой сын, ты постараешься, чтобы ему было хорошо.

— Это нечестно.

— Да ладно?

— Может быть, частичное опекунство…

— Нет.

— Выслушай меня. Я…

В это время малыш что-то пролепетал. Когда Джемма посмотрела на него, он стоял, прислонившись к кровати, ухватившись за одеяло. Его широкая радостная улыбка говорила им, каким же умницей он был. Сердце Джеммы переполнилось любовью.

Затем что-то заставило ее бросить взгляд на Тейта. В его глазах она прочла горечь из-за того, что он упустил целый год из жизни своего сына.

— Тейт, я…

— Джемма, не надо. Ничего не говори.