Вечер разворачивался по накатанному сценарию. На сцену один за другим поднимались выпускники разных лет, благодарили школу, учителей, рапортовали о своих успехах. Скучающая Иветта ругала себя: зря она поддалась на уговоры подруги и пришла сюда. Без Амосова вечер ей неинтересен. Вдруг сердце встрепенулось и замерло. Иветта увидела человека, к встрече с которым готовилась и появление которого все же стало для нее неожиданностью. Он появился из-за кулис и твердым шагом проследовал к микрофону. Зал затих. Артиста Владимира Амосова могли не знать в стране, но в школе его знали все. На его примере учителя воспитывали своих питомцев. И снова Иветте показалось, что на ее груди появился фартук, на сей раз белый, капроновый, с крылышками на плечах. Много лет назад, на последнем звонке, она с таким же восторженным сердцебиением целила из зала взгляд на своего кумира. Тогда он выступал от класса со словами благодарности и заверял учителей, что ребята оправдают доверие школы.

Амосов и сейчас смотрелся на сцене великолепно, это место подходило ему лучше всего. Элегантный костюм песочного цвета, бордовый галстук, бежевые туфли — он был похож на диктора с телеэкрана. Правда, заметная полнота да глубокие залысины на висках размывали некогда романтический облик Владимира. Он выглядел почему-то старше ровесников. Иветта ощутила легкую боль в душе. Стареют все, это понятно, но Володя… Почему для него время не сделало исключения? Амосов низко, в пояс, поклонился учителям, затем повернулся к залу и характерным жестом предложил всем поприветствовать учителей. Зал встал, и всплеск аплодисментов раскатился по рядам — запоздалая благодарность наставникам. Но Иветта выпала из реальности. Ей казалось, что овация адресована только ему, артисту Владимиру Амосову!