От вызывающей роскоши ванной комнаты у Анабел захватило дух. Мрамор, позолота, зеркала от пола до потолка… Она ощутила себя обитательницей гарема, единственное предназначение которой — ублажать своего хозяина. Девушка погрузилась в горячую воду и испытала давно забытое наслаждение. В Лондоне Анабел снимала квартиру вместе с двумя подругами, поэтому могла рассчитывать только на непродолжительное стояние под душем и лишь мечтала хорошенько понежиться, когда у нее будет собственная ванная.

Определенно Жиль умеет жить. Почему он не женат? Такой дом и хозяйство требуют наследника. Французы относятся к подобным вещам очень серьезно. В конце концов, ему уже тридцать один, старость не за горами. Эта мысль заставила Анабел громко рассмеяться. Да Жиль и будучи пожилым останется безумно привлекательным!

Девушка нахмурилась. О чем я думаю? Неужели я настолько глупа, чтобы снова влюбиться в Жиля?

Она вылезла из ванны и стала медленно вытираться. Конечно нет: урок не забылся, а я не враг себе, чтобы повторять одну и ту же ошибку. Анабел посмотрела на стоявший у кровати телефон. Надо позвонить Эндрю. Майкл сказал, что получил у хозяина разрешение на пользование телефоном.

Сказано — сделано. Разделявшие их тысячи миль не смогли исказить характерного бостонского акцента ее жениха. Тон Эндрю был резким, и у Анабел упало сердце.

— Так ты все-таки решилась?!

Значит, он по-прежнему не одобряет мою поездку с Майклом… Вообще-то Эндрю пытался отговорить ее, и они были на волосок от первой в жизни ссоры. Анабел, подавив досаду, ласково возразила:

— Эндрю, это моя работа. Я ведь не поднимаю шум из-за твоей поездки в Канаду, правда?

Наступила пауза, затем Эндрю ответил:

— Это совсем другое дело. Дорогая, тебе не обязательно работать. Когда мы поженимся, у тебя будет куча обязанностей. Тебе следовало провести оставшиеся до свадьбы месяцы в Бостоне. Помнится, мама приглашала тебя.