— Это, наверное, Брэнд. Скажи ему, что я спущусь через минуту, — сказала Рейвен подруге, прикрыв рукой микрофон телефона.

— Разумеется, это он. — Джули направилась к двери, все еще слыша голос Рейвен, разговаривающей по телефону.

— Где я ее забыла? У тебя в офисе? Хендерсон, я не знаю почему. Я каждый раз беспокоюсь, не оставила ли я сумочку.

Джули улыбнулась. У певицы была склонность терять вещи: сумочку, перчатки… Мысли Рейвен были заняты музыкой и людьми, о вещах материальных она легко забывала.

— Привет, Брэнд, — сказала Джули, открывая парадную дверь. — Приятно видеть вас снова. — Ее глаза смотрели холодно, а губы улыбались.

— Привет, Джули, — поздоровался он.

— Входите, Рейвен ждет вас. Она сейчас появится.

— Как хорошо снова прийти сюда. Я скучал по этому дому.

— Скучали? — иронически спросила девушка.

Брэнд оценивающе посмотрел на нее. Подруга Рейвен была из тех женщин, которые обычно привлекали его: остроумная, искушенная в житейских делах, внешне сдержанная, но, несомненно, сексуальная. Между ними никогда ничего не было, они поддерживали дружеские отношения. Джули была предана певице. Брэндон это знал.

— Пять лет — долгий срок, Джули.

— Не уверена, что срок достаточно долгий. — Прежнее чувство возмущения вспыхнуло снова и отразилось на ее лице. — Вы причинили ей боль, которая не утихла до сих пор.

— Да, я знаю. — Ничто в нем не дрогнуло от этого признания. Отсутствие раскаяния возмутило Джули еще больше, но она подавила это чувство.

— Так, — сказала она, — значит, вы вернулись.

— Вернулся, — согласился Брэндон, улыбнувшись, — а вы думали, я не вернусь?

— Она думала? Зачем вы здесь?

— Джули, Хендерсон нашел мою сумочку. — Быстрой нервной походкой Рейвен спустилась в холл. — Я сказала ему, чтобы он не беспокоился. Кажется, в ней нет ничего важного. Привет, Брэнд. — Она протянула ему руки, как сделала это в студии для записи.