Мышонок Терентий лез вперед без остановок. Нос его дрожал, потому что там впереди пахло чем-то неподземным.

Щель повернула. Возникло сияние. В этом сиянии шагал мохнатый толстенный паук. Он казался громадным.

Сияние все разрасталось, а паук уменьшался.

Наконец сияние превратилось в свет, льющийся со всех сторон, а громадный мохнатый паук - в обыкновенное насекомое.

Потом он и вовсе исчез.

Потому что мышонок Терентий вдруг и сразу все вместе увидел: голубое небо, синюю-синюю реку, желтый песок, зеленую траву и почти малиновые стены крепости.

Известно: кто сможет все это увидеть не по отдельности, а все сразу, тот непременно станет художником.

- Какой восторг! - прошептал мышонок Терентий. - Это не описать словами.

Мудрая прабабушка Агриппина сидела неподалеку в тени лопухов, глядела на своего правнука, вытирала глаза платочком и говорила сама себе:

- Я знала. Я всегда знала, что он найдет выход.

ПРИХОДИ КО МНЕ ЛЮБОВАТЬСЯ

Ты чего глаза зажмурил! - спросил Попугаев Вовка.

Мышонок Терентий повернул голову, но в глазах его все стояли голубое небо, синяя-синяя река, желтый песок, зеленая трава и почти малиновые стены крепости.

- Восторг! - сказал мышонок Терентий.

- Где? - Вовка глянул туда-сюда. Кулаки сжал - вдруг над ним шутят? Потом сказал: - Ага! Надел красные трусики и выставляешься. Да у меня пять красных трусов в комоде.

- Ах! - сказал мышонок Терентий. - Разве об этом речь? Если бы я умел рисовать! Я бы нарисовал голубое небо, синюю-синюю реку, желтый песок и почти малиновые стены крепости с башнями.

- Раз плюнуть. Пять минут на все дело, - сказал Попугаев Вовка.

Мышонок Терентий оробел. Подтянул трусики к подбородку.

- И все на уровне восторга?

- Даже выше. - Попугаев Вовка надул живот до отказа. - Я уже сто картин нарисовал. Приходи ко мне любоваться.

Мышонок Терентий обрадовался. Поблагодарил Вовку три раза. Спросил Вовкин адрес.