– Никаких «мы», – отрезала Марина. – Я еду одна.

На лице Сибил читалось неприкрытое неодобрение, сме­шанное с испугом.

– Пойми меня правильно, – продолжала Марина. – Виктор непременно отправится следом, ты же знаешь. И как может спрятаться Марина Мартин со своей обычной коро­левской свитой? Как только я выйду из самолета, меня уже будет ожидать представитель по связям с общественностью. Когда же прибуду в гостиницу, холл заполонят репортеры из газет. Нет, Сибил, придумай что-нибудь получше. Я хочу поехать одна.

– Нет, вы не можете, не имеете права так поступить, – осмелев, возразила верная Сибил О'Коннелл.

– Почему нет? – вспыхнула Марина. – Мне уже двад­цать один год. Я путешествую больше всех во всем мире. Единственная моя проблема в том, что я никуда еще не ез­дила одна, самостоятельно. Меня всегда сопровождала сви­та, чтобы якобы охранять меня, а на самом деле ли­шать свободы.

– Мы пытались не делать этого, – увещевала ее Сибил.

– Сибил, ты же всегда была душечкой, – воскликнула Марина. – Но у тебя есть свободные часы, собственное вре­мя, когда ты можешь заняться своими делами, можешь быть самой собой, когда на тебя никто не глазеет и не задает воп­росов, не спрашивает, жарко тебе или холодно, когда никто не лезет из кожи вон, чтобы угодить тебе! Хотя бы раз в жизни могу я попробовать испытать себя?

– Мне и в голову не могло прийти, что вам это так дей­ствует на нервы, – ответила Сибил, – но я вас хорошо по­нимаю.

– Я так и думала. Значит, поможешь мне? Куда мне луч­ше поехать?

– Куда бы вы ни отправились, вас узнают везде.

– Неужели? – удивилась Марина. – Конечно же, люди без труда узнают Марину Мартин, если она прибудет в гос­тиницу, где для нее заранее забронирован номер; на вокзале ее встречает множество машин; расстилается красная дорожка, лучший гостиничный номер весь в цветах. Впрочем, не мне тебе рассказывать, ты сама все знаешь! Но, предположим, обычная девушка прибывает одна, и никто даже не заподоз­рит, что это и есть та самая Марина Мартин.