– Нет-нет, я думаю, ты лучше с этим справишься. – Эдриан поспешно ретировался, успев, однако, бросить щепотку корицы в кастрюлю.

– Вы меня слушаете или нет? – взмолилась Рори. – Это действительно очень важно. Старинный особняк на Жемчужном острове продается!

Эдриан и Эллисон замолчали и одновременно повернулись к Рори.

– Ты шутишь? – спросил брат.

– Нет, я серьезно. Там стоит табличка с надписью «Продается».

– Что ж, – рассудила Эллисон, – очевидно, это какая-то ошибка. Всем известно, что Ле Рошн ни за что не продадут дом, даже если они и уехали отсюда много лет назад. Пока дух Маргариты заперт внутри, дом будет принадлежать им. Они считают, что он приносит им удачу. Так это или нет, есть в доме призрак или нет, это никого не касается. Главное, Ле Роши свято в это верят.

– Может быть, это и правда, – сказал Эдриан. – Ведь надо признать, что им действительно всегда везло, когда дело касалось денег.

Эллисон пожала плечами.

– Чего не скажешь об их личной жизни.

Несмотря на то что Ле Роши уехали из Галвестона, они не продали дом на острове и оставались любимой темой для сплетен – не только среди местных обывателей, но и в желтой прессе по всему штату.

– Что касается меня, я могу быть счастлива и без денег, – сказала Эллисон.

– Это точно, – согласился Эдриан.

– Минуточку! – Рори замахала руками, чтобы привлечь их внимание. – Я не говорила, что Джон Ле Рош продает дом по собственному желанию. Первый банк Галвестона отказал им в праве выкупа закладной на дом. – Даже после того как, сменив владельца, Первый банк Галвестона стал называться Национальным банком Свободного союза, местные жители продолжали называть его по-прежнему. – Джон Ле Рош уже потерял Жемчужный остров.

– Первый банк Галвестона лишил Джона Ле Роша права на выкуп дома? – Эдриан раскатисто захохотал. – О да! Браво, сестренка. Я понял, ты над нами издеваешься. Неплохо, но меня не проведешь.