«Вот и славно», – подумал Джек. Он провел Молли через полутемную кухню, прихожую и помог ей подняться по лестнице наверх. В доме было четыре спальни, из них более или менее обставлена только одна – там он и устроил девушку, решив, что сам поспит на диване в гостиной. Джек откинул с кровати покрывало, усадил Молли и снял с нее туфли.

– Дальше давай сама, – сказал он с улыбкой, жестом показывая, что не станет снимать с нее шелковую блузку и джинсовые слаксы. – В ванной есть зубная щетка для гостей и свежая паста. Утром увидимся.

Проснулся Джек оттого, что кто-то целовал его в затылок. Поцелуи были нежные и возбуждающие: но едва Джек сообразил, что происходит, как широко открыл глаза и вскочил, едва не столкнув с дивана Молли.

– Молли! Какого черта ты вытворяешь? – воскликнул он, садясь.

– Бужу тебя, глупенький, – улыбнулась она в ответ и снова потянулась к нему.

Джек отскочил, уклоняясь от ее объятий.

– Подожди! Это какое-то недоразумение! – заговорил он, вжавшись в спинку дивана – от греха подальше. – Я всю ночь провел здесь, на диване…

Молли наморщила брови.

– Знаю, хотя не помню почему. Разве мы с тобой поругались?

Разинув рот и вытаращив глаза, Джек уставился на нее. Молли не ломала комедию, как он поначалу заподозрил: она держалась совершенно естественно, и голос звучал вполне искренне. У Джека неприятно засосало под ложечкой: так бывает, когда не прочтешь вовремя служебную записку или пропустишь важное совещание.

– Нет, мы не ругались, – осторожно ответил он. – Просто ты попала в переделку у «Махони». Упала и сильно ударилась головой. Я привез тебя домой.

– Конечно, домой, глупый! Куда же еще? После шести недель замужества родители меня обратно не примут! – С такими словами Молли встала и отправилась на кухню.

С минуту Джек переваривал это сообщение – он хотел быть уверенным, что не ослышался, – а затем бросился за Молли. Нагнал он ее у белой стойки, отделявшей кухню от столовой.