Молли не хватало духу признаться родителям, что она так и не слушала ни одной их лекции – даже тех, на которых они заработали свой первый миллион. Впрочем, скорее всего, они и сами об этом догадывались. Хотя бы потому, что уже четыре года Молли сидела на одной и той же должности – скромной должности копирайтера в рекламном отделе корпорации «Барринггон». Но как объяснить людям, помешанным на успехе, что у нее нет желания завоевывать мир?

Все, чего хочет Молли, – быть женой любимого человека, матерью его детей. Едва встретив Джека Кавано, она поняла: это – судьба. Стрела Купидона попала в цель; теперь душа и сердце Молли принадлежали мужчине с телом греческого бога, беззаботной улыбкой «своего парня» и душой святого. С этим человеком она мечтала разделить жизнь. С ним хотела бы вырастить пятерых (не меньше!) детей. Стоило закрыть глаза – и, словно наяву, Молли видела свой будущий дом, малышей, ласковый взгляд Джека, с любовью устремленный на нее – возлюбленную и жену…

Молли не признавалась родителям, что в детстве ей – единственному ребенку в семье – порой бывало одиноко. Ни к чему внушать им чувство вины. В родительском доме ей жилось, в общем, совсем неплохо. Просто с самых ранних лет Молли знала, что сама устроит свою жизнь совсем не так. У нее будет уютный дом, полный детского смеха, радости и любви. Она не станет ради карьеры отдавать малыша на попечение приходящих нянь. Сначала она вырастит детей, а потом, быть может, достанет старые пленки и даст родительским теориям еще один шанс.

Однако пока что ей не до этого. Вот уже четыре года ее душа, сердце, каждая минута жизни посвящена одному – желанию выйти замуж за Джека Кавано. Но, как видно, этому не бывать.

Снова вздохнув, Молли повертела коробку в руках и грустно улыбнулась. Папа и мама так предсказуемы… но, пожалуй, это и к лучшему. Они любят дочь и искренне желают ей счастья. Проблема в том, что Дойлы-старшие не мыслят счастья без карьерного роста, богатства и известности.