И те женщины, которым он назначал свидания, не были из Западной Виргинии. Они даже не были актрисами и моделями, Тэннер метил выше. Его внимания удостаивались исключительно дочери влиятельных людей: исполнительных директоров благотворительных организаций, которые публично жертвовали свои зарплаты, потому что попросту не нуждались в них, меценатов, спонсирующих балетные и театральные постановки. Бейли не сомневалась, что владелица маленького салона красоты из заштатного городка привлечь внимание Тэннера никоим образом не сможет. Кроме того, она не блистала красотой, как его бывшая жена Эмили, а ведь даже ее он посчитал недостойной поехать с ним в Нью-Йорк и начать новую жизнь.

Хотя последнее — всего лишь слухи.

Ее не должен интересовать ни Тэннер, ни его отношения с Эмили, ни их развод. У нее много дел и много целей. О своей степени специалиста по бизнесу ей пришлось временно забыть, потому что все свое время она вынуждена посвящать развитию своего салона и оттачиванию парикмахерского мастерства, а также работе в Комитете по ликвидации последствий наводнения. Ее жизнь заполнена до отказа, и в ней просто нет места для мужчины.

Когда с последними приглашенными Бейли вошла в зал, она сразу же наткнулась на пристальный взгляд Тэннера. Он не спускал с нее глаз в течение всего торжественного обеда, и Бейли решила, что привела его в замешательство, не пав к его ногам, к чему, без сомнения, он привык. После обеда, когда музыканты стали настраивать свои инструменты, она увидела, что он направляется в ее сторону, и поспешно смешалась с толпой. Но когда зазвучала первая медленная мелодия, Тэннеру удалось найти ее, отрезав пути к отступлению.

— Потанцуем? — спросил он, протягивая руку. На его лице сверкнула улыбка, способная свести с ума любую женщину.

Бейли не стала исключением — она почувствовала, как подгибаются ее колени и пол уходит из-под ног. Глаза Тэннера излучали искреннюю заинтересованность. Не получив ответа, он придвинулся ближе.