Пока она размышляла, Джош покинул отдел керамической плитки и направился к рулонам ковролина. Проходя мимо Пэм, он на миг задержал на ней взгляд, будто вспоминая, где видел, затем улыбнулся, блеснув белыми зубами.

И Пэм улыбнулась в ответ.

Для нее самой это было удивительно… но в то же время так естественно.

Впрочем, она тут же согнала улыбку с лица и отправилась в отдел обоев – ей нужно было подобрать что-нибудь роскошное для апартаментов люкс, занимавших последний, седьмой этаж вновь построенной гостиницы, одной из множества других принадлежавших клану Гарменов.

Ради этого Пэм и приехала в Мельбурн – чтобы участвовать в завершающей стадии работ. Еще не имеющий названия отель отец подарил ей с условием, что тот откроется ко дню ее рождения. То есть примерно через полгода.

Ни один из номеров гостиницы еще не был полностью готов, тем не менее Пэм решила поселиться в ней. Разумеется, она могла снять себе квартиру, причем роскошную, но зачем, если в ее распоряжении целая гостиница? Пусть пока без внутренней отделки, но своя!

Кстати, поселилась Пэм именно в одном из номеров люкс. Голые стены там серели бетоном, зато в ванной уже поблескивал кафель. Это было единственное готовое помещение – и даже с джакузи. С мебелью в номере тоже было туго. Правда, в спальне стояла кровать, но и только.

Выбрав десять различных образцов обоев – по числу номеров люкс, – Пэм записала их названия, чтобы затем сообщить бригадиру занимавшихся отделкой рабочих, и покинула павильон. Идя к выходу, она старалась не смотреть по сторонам, чтобы ненароком не нарваться вновь на взгляд Джоша Лавгрена.

К счастью, ей удалось этого избежать.