Как-никак, сам Олаф Трюгвессон, первый норвежский конунг, принявший христианство, погиб в морской битве при Сволвере. В жилах Карстена текла кровь предков-викингов, и комфортабельная «Звезда Севера» хранила в себе разбойный дух прошлого. Внутренние помещения яхты пропахли вяленой рыбой, на камбузе всегда был запас брусники и морошки, в холодильнике хранилась оленина.

Выход в море под парусом всегда радовал Карстена, он чувствовал, что ему подвластно все — и парус, и ветер, и волны. Стихия была безжалостна, но разве мир бизнеса менее жесток? Только найдешь ли такую красоту в мире банков, акций и чеков? Конечно же нет.

Среди волн и безоглядной дали Карстен отдыхал от дел и всегда страшно негодовал, когда находилась причина, отрывающая его от моря.

Машина вылетела из туннеля. Стоп! Молодой человек притормозил, заплатил за проезд по туннелю банкнотой в пятьдесят крон, аккуратно пересчитал сдачу и отправился дальше.

До Ставангера было уже недалеко: осталось миновать один мост и туннель… Все здешние места Карстен знал как свои пять пальцев. Он не какой-нибудь турист, он — местный житель, здесь родился и здесь умрет. Это его родная земля.

Мальчишкой он когда-то поднялся на скальное плато над Люсефьордом. Посмотрел с высоты на округу. И был поражен красотой родной земли до глубины души!

Ставангер город зажиточный и несколько суетливый, так сто лет назад писали о нем в путеводителях. Таким Ставангер и остался. Одна из наиболее старинных деревянных застроек центра отвлекла молодого человека от тревожных мыслей.

«Милая Салли! Перечитывала прошлое мое письмо к тебе, и поняла, что много я не успела тебя рассказать. Больше всего я жалуюсь на свою жизнь, но, если честно, мне не так уж и плохо, когда светит солнце или когда у меня веселое настроение.

Я безумно люблю Норвегию! Я мечтаю объездить ее всю, и пройти все западное побережье на своем швертботе! Неужели есть другие такие страны, в которых люди так любят мороз и снег? Может быть, Швеция, Финляндия, Россия, Канада?