На мгновенье Фиона задумалась.

— Но мы с Кимберли единое целое, — произнесла она, пытаясь оценить реальность его угрозы. — Нас нельзя разделить.

Джеймс провел рукой по лбу. Что за наказание…

— Три дня, Фиона! Всего три дня! Это все, о чем я прошу! Ты просто проведешь три дня с этим человеком, и больше никогда не покинешь свой незабвенный Нью-Йорк! Ты даже можешь стать домохозяйкой где-нибудь в Саксе — мне все равно. А теперь иди! Самолет завтра рано утром.

Фиона мечтала сказать еще пару тысяч слов, но Джеймс, в конце концов, ее начальник. А без Кимберли она не вынесет и дня. Кимберли и ее семья — вот чем жила Фиона. Конечно, у нее есть другие друзья и развлечения, но Кимберли для нее — все…

Она повернулась и вышла. Секретарша Джеймса Гарретта, отвратительная дама, деланно улыбаясь, протянула билеты.

— Счастливого пути! — сказала она.

Как обычно, она слышала каждое слово, произнесенное боссом у себя в кабинете.

— Кимберли любит послушать перед сном сказку и будет ужасно скучать.

Стуча каблуками, Фиона подошла к секретарше, взяла билеты и мило улыбнулась:

— Добиваешься прибавки, Бабе?

Все знали, что Джеймс Гарретт трясся над каждым пенни.

Секретарша попыталась выхватить билеты, но Фиона быстро и крепко зажала их.

«Три дня, — размышляла она, отмеривая длинными ногами путь до своего кабинета. — Три дня, включающие в себя болота, крокодилов и незнакомого мужчину, требующего моего присутствия».

— Что он, черт возьми, о себе возомнил? — пробормотала она, входя в кабинет.

— Кто? — спросил ассистент Джеральд, кладя на стол Фионы новый чертеж Кимберли.

Фиона с трудом заставила себя посмотреть на него. «Джеймс Гарретт уверен, что это всего лишь три дня, но для нее это…»

— Черт! — снова буркнула она, взглянув на часы.

«Почти шесть, а сегодня у Дайаны день рождения…»

Повернувшись к ассистенту, Фиона начала объяснять, но он остановил ее.